Подобные сообщения приходят так часто, что уже не вызывает сомнения реальное существование человекозверей. В марте — апреле (см. «АиФ» №№ 13-15) мы рассказали о снежном человеке и его потомках, живущих в Абхазии, изложив версии о том, что это древнейшее человекообразное существо.

Но есть и другая версия: снежный человек — продукт скрещивания обезьян и людей. Её истоки — тоже в Абхазии, в некогда знаменитом Сухумском обезьяньем питомнике.

В популярном прежде месте досуга ныне унылая пустота. Если в лучшие годы в вольерах резвилось больше 70 тыс. обезьян, сегодня поголовье насчитывает несколько сотен — грузино-абхазская война кровавым молохом прошлась не только по людям, но и по обезьянам.

Однако Зураб Миквабия, директор Института экспериментальной патологии и терапии Академии наук Абхазии (таково официальное название обезьяньего питомника), пытается быть оптимистом:

— Мы снова становимся интересны для российской науки. Ведутся переговоры об отработке на базе нашего института технологии взаимодействия обезьян и роботов, именно такую компанию Роскосмос собирается отправить на Марс.

Моё предположение о том, что сухумский питомник был создан специально для опытов по скрещиванию обезьян с людьми, Зураб Ясонович подвергает сомнению:

— Не совсем так. Об этих опытах больше слухов, чем фактов.

Но, откликнувшись на мою просьбу показать имеющиеся в институтском архиве документы 20-х годов, директор пригласил своего заместителя по науке Владимира Баркая, который и поведал мне историю утопического эксперимента.
Замок обезьян

— С первых шагов научной деятельности я пытался осуществить постановку опытов скрещивания человека и антропоидных обезьян… Предполагаю, что советское правительство могло бы в интересах науки и пропаганды естественно-исторического мировоззрения пойти навстречу в этом деле.

Так писал наркому просвещения Анатолию Луначарскому профессор Илья Иванов, прося 15 тыс. долл. на экспедицию в Африку — баснословную по тем временам сумму.

Илья Иванович Иванов не зря ссылался на свой дореволюционный опыт. Выдающийся зоолог, ученик Ивана Павлова, он работал в заповеднике Аскания-Нова, где, искусственно осеменяя самок, успешно скрещивал быков с оленями, быков — с сернами. Но это были черновые эксперименты, готовившие главный и важнейший — обезьяночеловека.

Владимир Розанов, знаменитый хирург, извлекший из тела Ленина эсеровские пули, требовал у начальства 50 обезьян для опытов по трансплантации желёз внутренней секреции стареющим вождям революции (прежде всего Сталину). Розанов надеялся повторить успех коллеги Сергея Воронова. Тот ещё в XIX в. уехал во Францию, где в богатейшем дворце на Лазурном берегу, прозванном «замком обезьян», пересаживал богатым пациентам половые железы обезьян, добиваясь 90%-ного успеха в омоложении организма. Розанову требовались гориллы, павианы и шимпанзе, которых можно было
достать только в Африке. Добыть их поручалось Илье Иванову.

В архиве Сухумского института хранится протокол заседания президиума Академии наук, посвящённого предстоящей африканской экспедиции Ильи Иванова. Коллеги предостерегают учёного: нельзя использовать гвинейских женщин для осеменения их спермой горилл. То, что сегодня кажется очевидным, девяносто лет назад вызывало острые дискуссии.
Двуногие звери

Как бы то ни было, 15 тыс. долл. (по другим источникам, 290 тыс.) были получены, и в феврале 1926 г. профессор Илья Иванов вместе с сыном Ильёй, четверокурсником физмата МГУ, отправился в Париж.

Приплыв во Французскую Гвинею, Иванов обосновался на Пастеровской станции. Однако умные, сильные и агрессивные шимпанзе в руки не давались. Пуль со снотворным ещё не было, а в единоборствах с охотниками обезьяны чаще выходили победителями. Гвинейцы прибегали к варварским методам ловли: травя «младших братьев» собаками, загоняли их на деревья, вокруг которых разводили костры. «Выкуренные» едким дымом обезьяны вынуждены были прыгать на землю. В наземных схватках охотники нередко оказывались искусанными и изувеченными.

Такая участь не миновала и младшего Иванова, которому разъярённый шимпанзе разорвал грудь. Юношу госпитализировали.

Не легче дело обстояло и с другой серией опытов — осеменением женщин обезьяньей спермой. Туземки категорически отказывались участвовать в опытах. Илья Иванович услышал немало историй о похищении местных женщин самцами-гориллами. Будто бы они даже рожали детей. Освобождённых из обезьяньего плена изнасилованных женщин гвинейцы считали осквернёнными и с молчаливого согласия старейшин втихаря убивали.